микотоксины в кормах

«Даже если анализы говорят, что микотоксинов в пробах корма нет, не верьте: они есть»,- заявил на семинаре в Краснодаре Тигран Папазян, генеральный директор российского отделения одной из международных компаний по кормлению животных. Он пригласил выступить перед учеными и птицеводами иностранных специалистов, которые поделились своим опытом обнаружения и борьбы с грибами и выделяемыми ими токсинами.

Не в птицу корм

Доктор Тургул Дюрали – практикующий ветеринар. Он работал в Израиле и в Турции, консультировал птицеводческие компании в Китае и Японии, на Филиппинах и Фуджи. Везде ему приходилось сталкиваться с таким явлением, как микотоксикоз – отравление птицы продуктами жизнедеятельности грибов в кормах.

Они попадают в зерно еще на полях, потом разрастаются во время хранения, и птицевод получает корма, в которых уже есть первоначальный уровень микотоксинов. В основном их вырабатывают три рода грибов – фузариум, аспергиллы и пенициллы.

«Один вид гриба может синтезировать несколько микотоксинов, и в то же время один микотоксин может синтезироваться разными грибами, – отметил ветеринар. – Например, афлатоксин может синтезироваться как пенициллами, так и аспергиллами. Эти свойства делают проблему миктоксинов достаточно сложной».

Первый симптом отравления птицы микотоксинами – это снижение потребления корма. Затем подавляется всасывание питательных веществ, меняется работа гормональной системы. Снижается иммунитет, ухудшается состояние микрофлоры, повреждается кишечник.

«Эти признаки не показывают клиническую картину, но они открывают ворота для секундарной инфекции, – подчеркнул Тургул Дюрали. – Они оказывают влияние на экономику выращивания птицы. Я не контролирую финансы, но я обязан объяснять своему боссу, почему мы теряем деньги. Мы теряем продуктивность, увеличиваем восприимчивость к заболеваниям. Некоторые микотоксины прямым образом ухудшают категорийность туши, реакцию на вакцинацию и использование медикаментов».

В поисках рассадников грибов

Приезжая на ферму с захворавшей птицей, ветеринарный консультант начинает обследовать кормушки, поилки, емкости, в которых хранится корм. Долго искать не приходится. Очень часто в силосных башнях крышки недостаточно герметичны, а то и вовсе открыты. Туда попадает влага и пыль. Они провоцируют бурный рост грибов.

Тургул Дюрали показал фотографию с китайского предприятия, которое содержит самое крупное в стране родительское стадо. На ней были видны «рассадники» грибов на внутренних стенках емкости для хранения корма. Естественно, кукуруза была отравлена микотоксинами.

«Однако цена на яйцо продолжала падать, и работники предприятия вынуждены были использовать этот кукурузный корм. И все равно хозяин потерял деньги, так как был сильный падеж птицы», – рассказал докладчик.

В другом птичнике Тургул обнаружил грибы на транспортере, который недостаточно тщательно очищали в углах и щелях. «Новый корм попадает в уголки, где после мытья остается влага, куда прилипает готовый корм. Температура в птичнике идеально подходит для развития грибов. Они растут, хотя мы их не видим», – отметил он.

На микотоксикоз четко указывал помет. В нем было много непереваренных частиц и газов. Он был желтоватого и оранжевого цвета, тогда как здоровый помет должен быть темно-коричневым и пастообразным.

На бройлерной площадке в Австралии ветеринар обнаружил типичный энтерит у цыплят. Микотоксины попали к ним из кормушки, которая была недостаточно тщательно вымыта. Грибы в ней начали расти еще до того, как в ясельные секции высадили цыплят. У них сразу началась диарея.

«Австралийцы кладут в корм сильный антибиотик – первые 3-4 дня – состояние улучшается. Они убирают антибиотик – состояние ухудшается, – рассказал докладчик. – В корме было обнаружено несколько микотоксинов. Только два из них показали средний уровень опасности. Но индекс общей токсичности оценивался как высокий».

Тургул Дюрали также предостерег от примитивного понимания роли грибов пенициллов. «Они могут обладать антибиотическим воздействием, и люди думают, что это бесплатный антибиотик, – посмеялся он. – Но что происходит с птицей в течение первых 10-15дней? Становление микрофлоры. Микотоксины типа Б повреждают кишечник, а пенициллиновые грибы убивают хорошую микрофлору».

Вскрытие покажет

Изучив состояние кормушек, Тургул Дюрали переходит к осмотру птицы. Кое-какие изменения можно заметить невооруженным глазом.

На производстве редко увидишь такую яркую клиническую картину, которая иллюстрирует микотоксикоз в университетских учебниках. Чаще всего у птицы наблюдаются маленькие, желтоватые, затвердевшие снаружи язвочки в ротовой полости. Их могут не обнаружить, если корм прилип к верхнему нёбу. Надо убрать этот слой, и будет понятно, как глубоки язвы.

Микотоксины могут повреждать не только слизистые покровы, но и кожу. При больших уровнях Т-2 токсина в корме, он сохраняется и в помете. Затем через микроскопические трещинки он может обжигать лапки бройлеров.

Чтобы точнее диагностировать причину болезни, ветврач проводит вскрытие как недавно вылупившихся цыплят, так и взрослой птицы.

Если в ротовой полости были язвочки, то они непременно найдутся и в верхнем отделе пищеварительного тракта. Когда птица глотает, из-за ранок ей очень больно , поэтому потребление корма падает .

Такая же картина наблюдается в железистом и мышечном желудках. Там можно обнаружить язвы различной глубины. Причиняя боль, язвочки мешают сокращению желудка. Корм не измельчается должным образом. В запущенных случаях на месте ранок появляются признаки некроза.

«Следующий орган, на который мы должны обратить внимание, это печень, – рекомендует специалист. – Высокий уровень афлатоксина делает печень жирной, хрупкой, увеличенной в размерах. Края здоровой печени должны быть острыми и твердыми».

На фотографии больной птицы, которую он продемонстрировал, края были округлыми и мягкими. На поверхности были заметны точки кровоизлияний и гематома.

«Почки являются основной мишенью для афлатоксинов, – отметил доктор. – Когда они увеличены, они не могут перерабатывать мочевую кислоту. Ее уровень в крови увеличивается, она меняет PH крови. Если уровень концентрации мочевой кислоты в крови очень высок, система не выдерживает, и через стенки кровеносных сосудов кислота попадает в полость живота на другие органы. В конечном итоге мы это называем висцеральной подагрой».

Такие признаки часто встречаются у бройлеров. Но у птицы родительского стада повреждения еще сильнее.

Несварение желудка

В кишечнике заметны все дефекты работы желудка. Если он поврежден, то наверняка будут оставаться частички непереваренной кукурузы, рапсового шрота, пшеницы.

На одном из предприятий, где работает Дюрали, бройлерам специально дают цельное зерно, чтобы стимулировать работу мышечного желудка и перистальтику кишечника. Но израненный желудок не способен перетереть зерно, обработанное в железистом желудке пепсином и соляной кислотой. В результате и куры не получают питательные вещества, и пшеница расходуется нерационально.

А в конечном итоге начинается некротический энтерит. Особенно часто его вызывает микотоксин ДОН – дезоксиниваленол. «Он повреждает ворсинки кишечника, снижая их высоту. Из-за него протеин не усваивается должным образом, и бурно развиваются клостридии, которые любят протеин и вызывают некротические симптомы, – пояснил Тургул Дюрали. – Уменьшается площадь всасывания. Птица не может переварить все, что есть в кишечнике. То, что не переваривается, идет в слепые отростки».

Петушиные функции под угрозой

Другой распространенный микотоксин – зеараленон – часто упоминается в связи с половыми проблемами свиней. Но на родительское стадо бройлеров и несушек он воздействует не менее негативно.

«У компании, которую я консультирую в Азии, была проблема с оплодотворением яиц, – рассказал докладчик. – Мы обнаружили у них в кормах высокий уровень зеараленона. Это сказалось на развитии семенников. У здоровых петухов они должны быть большими. У больных размеры тела соответствовали нормальному развитию, но семенники оказались маленькими. Количество сперматозоидов было низким. А когда мы изучали их качество, многие оказались в поврежденном состоянии».

Страдает от микотоксинов и скелет. Часто они провоцируют большеберцовую дисхондроплазию, нарушая метаболизм кальция и витамина Д3. В основном в этом виноваты токсины полевого гриба фузариум.

Иммунитет тоже снижается из-за микотоксинов. В селезенке уменьшается количество клеток, которые отвечают за защитную реакцию организма. Поэтому и вакцинация не даёт нужного эффекта.

 У кур-несушек микотоксины, в первую очередь, ухудшают качество скорлупы. Это происходит из-за того, что кишечник работает неправильно, и птица недополучает питательные вещества.

Плохая скорлупа, в свою очередь, влияет на выводок. Уменьшается яйценоскость.

Утята как индикатор

Утята, по словам Тургула Дюрали, самые чувствительные к микотоксинам птицы. Его дед когда-то учил проверять качество корма именно на них.

«В Азии я вскрывал утят, которых постигла двадцатипроцентная смертность. Я не видел поражений, поскольку они молодые и уровень микотоксинов в корме был очень маленьким. Только оно указывало на причину смертности – 3-4 дня до начала падежа потребление корма упало, – отметил ветврач. – Два образца корма мы отправили на анализы. Были обнаружены разные микотоксины в низкой концентрации. Если такой корм давать несушкам, бройлерам и птице родительского стада, вы практически ничего не заметите. Но для утят даже такие уровни концентрации пагубны».

Что потребителю до микотоксинов?

От микотоксинов больше страдают сами куры, нежели потребители продукции птицеводства. По данным докладчика, больше всего микотоксинов переходит в молоко животных. На втором месте по показателю риска находятся яйца. В мясе, особенно в грудной мышце и ножках, микротоксинов практически не бывает. А вот печень, напротив, их аккумулирует.

Вместе с тем, микотоксины значительно ухудшают категорийность птичьих туш. Они снижают скорость оперения и портят кожный покров. Все это происходит из-за неправильного пищеварения и неполного усвоения корма и микроэлементов. Например, из-за недостатка цинка плохо заживают мелкие механические царапины на коже.

Фузариоз – бич южных полей

Одна из международный компаний, выпускающих адсорбенты против микотоксинов, ведет базу данных о распространенности грибов по сельхозугодьям планеты. Менеджер проектов этой компании Педро Карамона рассказал, что эта проблема существует и в Америке, и Европе. Правда, в Старом Свете единственным регулируемым микотоксином является афлатоксин.

Обычно грибы остаются на полях с предыдущего года. На юге России в предуборочный период стояла засуха. Высокая температура при отсутствии влажности привела к тому, что кукуруза не смогла сформировать початки, а это, в свою очередь, спровоцировало вспышку фузариоза. Грибы осеменили почву и на следующий год.

Но это не единственный микотоксин в российском зерне. Всего в прошлом году международной компанией было исследовано более 70 проб из России. Каждая была контаминирована, как минимум, тремя микотоксинами. Помимо фузариумных в нашей стране широко распространены пенициллиновые микотоксины, которые чаще всего проникают в корма на складах. Афлатоксин, по словам Карамона, обнаружили в малом количестве проб и в небольшой концентрации.

«Чтобы увидеть синдром поражения печени, уровень афлатоксина в кормах должен быть минимально 100 мкг/кг. Поэтому когда птичники вскрывают птицу и видят проявления микотоксикоза, то обычно он вызван не одним микотоксином, а их комплексом», – подчеркнул выступавший, призвав применять адсорбенты, которые обезвреживают целый спектр микотоксинов одновременно.

По видам зерновых активность микотоксинов в России различалась. Чаще всего в пшенице встречались микотоксины ДОН, затем фузариум и пеницилл. В ячмене микотоксинов фузариума было больше. А в кукурузе чаще встречались трихотецины типа А, к которым относится Т-2-токсин, в комплексе с фумонизином. Эти два вида особенно распространены на Юге России. Они вызывают повреждения ротовой полости и подавляют иммунитет.

К росту грибов на полях, по словам Педро Карамона, ведет нарушение культуры земледелия, в том числе несоблюдение севоборота, а также нулевая обработка почвы.

Очищать или адсорбировать?

Еще один представитель компании Ник Адамс рассказал, как контролировать производство на комбикормовом заводе, чтобы избежать дополнительной контаминации грибковыми токсинами. Он предложил обозначить несколько критических точек, на которые следует обратить внимание в первую очередь.

Для начала надо оценить сырье, поступившее с поля. Есть зоны земледелия, где риск изначально велик. При закладке зерна на хранение важно учитывать его влажность и время года. Надо просчитать долю поврежденного зерна, поскольку оно дает благодатную почву для роста грибов. Если необходимо, то зерно можно подвергнуть очистке, убрав с него поврежденные частички. Это позволяет на 15 % снизить количество микотоксинов. Можно применять ингибиторы плесени.

Для каждого показателя Н. Адамс посоветовал определить лимиты, которые, в конечном итоге, позволят поддержать высокое качество корма.

При этом между количеством микотоксинов, влажностью и периодом хранения существует прямая зависимость, которую нужно учитывать, выбирая методы защиты кормов.

Далее, при измельчении зерна нужно проверить все оборудование и найти точки, где может скапливаться комбикорм, создавая условия для развития грибов. «Если мы видим налипание измельченных частичек на оборудовании, то в этом месте уровень микотоксинов значительно выше», – отметил Ник Адамс.

На вопрос из зала, что же экономически выгоднее – очищать зерно или добавлять в него адсорбенты, он ответил, что это зависит от уровня загрязнённости партии микотоксинами. Если их слишком много, один адсорбент просто не справится. «Если уровень контаминации низок, этот подход сработает. Но поскольку риск в ходе хранения будет увеличиваться, то лучше использовать несколько точек контроля, – заявил он. – В том году на полях Дании зерно было высокого качества, и риск был небольшой. Но они заложили на хранение пшеницу с высокой влажностью, и сейчас там ужасная картина. Остается надеяться на адсорбент».

Вооружённые наукой

В отличие от российских сельскохозяйственных научно-исследовательских институтов, за границей ученые объединились с бизнесом и создали лаборатории, где корма исследуют на микотоксины в коммерческих объемах и при этом новейшими способами, в частности методом тонкослойной качественной хроматографии. Этот метод позволяет определять в одной пробе множество микотоксинов и позволяет работать даже с комбикормами.

«Мы ловим микотоксины, полагаясь на их химическую структуру, и точно можем сказать, какой микотоксин мы нашли, – объяснила суть метода специалист технической поддержки Александра Вивер. – Мы можем определить уровень конкретного микотоксина, даже если он соединен с другими. Мы комбинируем ультраэффективную газовую хроматографию с двойной масс-спектрометрией».

Помимо новых методов обнаружения, ученые за рубежом привели к единому знаменателю все микотоксины по степени их воздействия на живые организмы. За основу они взяли систему, когда-то примененную Всемирной организацией здравоохранения для определения опасности токсинов в продуктах.

«Мы взяли токсичность афлатоксина Б1 с концентрацией 100 мгк/кг, так как все страны регулируют его законодательно, он наиболее изучен, и мы знаем, что случится с организмом при тех или иных уровнях концентрации, – рассказала Александра Вивер. – Мы дали этому уровню индекс 1. Для зеараленона 200 мгк/кг является допустимым количеством. Поскольку разрешенная концентрация в два раза больше, мы ему дали в два раза меньший эквивалент токсичности – 0,5. Таким образом, мы перестали сравнивать яблоки с апельсинами, и перевели все микотоксины в единую систему измерения. Теперь их можно суммировать и получить индекс общей токсичности для организма».

После этого стало нетрудно просчитать возможный ущерб от наличия микотоксинов и экономический эффект от применения адсорбентов.

Еще одним достижением иностранных ученых стало использование в адсорбентах водорослей в дополнение к дрожжам.

«В дрожжах есть три группы углеводов, которые связывают много микотоксинов. Но некоторые они связывают плохо. А углеродная фракция водорослей хорошо связывает микотоксины, которые образуются в период хранения, – пояснила технический консультант. – В то же время водоросли не связывают афлатоксин Б1, а дрожжи легко улавливают его. Вместе дрожжи и водоросли хорошо дополняют друг друга».

Кроме того, современные адсорбенты действуют быстро и в щадящем режиме. Они не связывают витамины и питательные вещества, поскольку их влияние основано не на магнитной полярности, а на структурной схожести адсорбента с микотоксином.

Семинар, по признанию его участников, был очень полезен как с научной, так и с практической точки зрения. Возможно, полученные на нем знания подтолкнут и российских исследователей к новым открытиям, а птицеводам помогут избежать лишних экономических потерь.

Лана ИСАКОВА
Газета Аграрная Кубань